Александр Невзоров: Россия в поисках ада

Сообщение Тихоокеанского информационного агентства «Острова».

Некоторые явления становятся более понятными через аналогию. Для того чтобы разобраться в том, зачем и почему вдруг в России раскопался Иосиф Виссарионович, вспомним один старый, но эффектный эксперимент с пауками.

Итак. Выберем в семействе ликозид (Lycosidae) самого агрессивного самца и аккуратно отделим ему кончики педипальп (лапок, на которых находятся мешочки со спермой). Затем сделаем паучку рассечение пигидия (попки) и извлечем еле видимые половые протоки. Ланцетом перенесем их на стеклышко и туда же положим отделенные педипальпы. Разумеется, созданный нами сексуальный натюрморт внешне будет существенно проигрывать живому возбужденному арахниду, которого мы разместим рядом со стеклышком.

Но если мы все сделали правильно и выбрали для препарации действительно самого злобного самца, то контрольная самочка-ликозида выберет наш натюрморт. Живой самец будет ею проигнорирован. Бедняга затоскует, и все его восемь глаз, один за другим, грустно потухнут. А вот самочка, заламывая лапки и дрожа, будет притираться к стеклу своим гонопором, упрямо пытаясь совокупиться с запахом мертвого злодея.

Все это сильно напоминает новый «выбор России», которая сегодня не скрывает симпатии к Иосифу Сталину. Разумеется, сколько бы РФ ни «елозила задом по стеклышку», она не забеременеет никем похожим на Виссарионовича. Но она елозит. Она в очевидной тоске… и охоте.

Похоже, тысяча лет непрерывных изнасилований и побоев не прошли для нее даром. У нее выработалась стойкая привычка быть битой, и ей нужен тот, кто сможет поизгаляться над ней по-настоящему. Путин, судя по всему, Россией в этом качестве не воспринимается. Страна не видит в нем настоящего, сортового тирана, способного так же смачно плескаться в ее крови, как это делал Иосиф.

Конечно, Россию можно понять. Ей вновь становится скучно. Национальный экономический апокалипсис, для наступления которого было сделано все, что возможно, как-то глупо «завис»; мерзкие майя с обещанным «концом света» надурили, а долгожданная война заглохла, как фанерная «Армата». Никаких других общенациональных развлечений для «народа-богоносца» в ближайшем будущем не просматривается. Остался только запах мертвого Виссарионыча, которому Россия решила демонстративно отдаться за неимением других доступных забав.

Ничего особо трагичного в этом нет. По множеству причин реконструировать подлинный сталинизм в масштабах страны сегодня невозможно. Но наблюдаемый ныне феномен «неосталинизма» вполне достоин исследования. Конечно, он декоративен, но ему не откажешь в знаковости и способности характеризовать народные массы. Это состояние России тем более любопытно, что инфекция сталинизма идет явно не из Кремля, а самозарождается в «недрах народных».

В чем же тайна сталинского обаяния? Несмотря на критично раздутый пузырь «культа победы», Иосиф Виссарионович как «главком» всерьез воспринят быть никак не может. Уж слишком очевидна «пирровость» этой победы. Иначе не пришлось бы плести вокруг нее такой мощный кокон защитного вранья и законодательно оборонять победу от любых серьезных исследований ее природы. Конечно, «любители твердых рук» в этом не признаются, но вышеупомянутая «пирровость» — уже давно секрет Полишинеля, и со временем этого, конечно, перестанут стесняться.

Впрочем, и сегодня отсутствие у Иосифа хоть каких-нибудь полководческих талантов уже слишком очевидно. Следовательно, дело совсем не в «победе».

Дело в другом. У представителей народа-богоносца существует непобедимая потребность унижать друг друга, являющаяся естественным следствием своеобразного развития государственного организма и культа начальствования. Но возможность сочно унизить появляется далеко не всегда. Очень часто она остается всего лишь мечтой. А вот Сталин оказался способен этой русской мечте приделать настоящие крылья.

Поэтому он и дорог, как большой ученый, как изобретатель способа дать народу возможность досыта попить крови друг у друга, почти ничем не рискуя.

Естественно, кто-то должен был суммировать и художественно оформить это изобретение, чтобы сберечь, а при случае иметь возможность передавать его из поколение в поколение. Разумеется, больше всех к сохранению и возрождению памяти Сталина приложила ручки интеллигенция с ее жеманной любовью к истории и «сохранению памяти» с помощью табличек, свечек и стихотворений. Ее рыдающие «Архипелаггулаги» не только заботливо сохранили память о «всенародном кровопийце», но и сделали ее поучительной и… соблазнительной.

Следует понимать, что подобного рода литература служит в том числе и превосходным методическим материалом. Все эти рыдания в гораздо большей степени являются учебниками для будущих репрессоров, чем предостережением для возможных жертв. Они учат, что в России массовое унижение друг друга вполне осуществимо и может быть абсолютно безнаказанно. А чтобы оказаться в роли палача, а не жертвы, надо всего лишь правильно выбрать сторону и иногда демонстрировать элементарные навыки холуйства.

И все же такого рода чтение полезно и потенциальным жертвам. Они тоже учатся: покорности в прохождении этапов, умению умирать в промороженных бараках, есть солидол и упиваться собственной духовностью.

Более того, сегодня окончательно оформилась возможность сложить пазлы событий. Теперь все точно знают, как именно будет выглядеть возмездие за репрессии, если история повторится. Ответом на миллионы убитых, запытанных, замороженных, изнасилованных и изувеченных будет страшная месть интеллигенции. Лет через восемьдесят она привинтит какие-то таблички на какие-то подъезды. И там же, в отместку палачам, прочитает стихотворения.

Глупо предполагать, что все эти пикантные нюансы остаются незамеченными очень сообразительным и откровенно скучающим народом. Не следует забывать, что когда-то именно он был очень вдохновенным строчителем 23 000 000 доносов, с энтузиазмом мерз на пулеметных вышках лагерей и по-хозяйски запускал лапы в трусы заплаканным женам политзэков.

Вряд ли что-то существенно изменилось в его природе. Возможно, грезы новых поколений еще не слишком конкретны. Ведь они еще не испытали упоения доносом. И не задумались о том, как приятно будет понаблюдать за соседом по «элитке», которого среди ночи уводят граждане с маузерами.

А зря не задумались. Вероятно, это позволило бы им острее ощутить свое участие в великой судьбе великой страны. Да разрешило бы давний спор с соседом о парковочном месте.

Они пока не понимают, в чем именно заключена для них притягательность образа Иосифа. Возможно, они никогда этого и не поймут. Что, впрочем, не помешает им и дальше тереться «задом о стеклышко».