Минздрав доработал закон о пересадке органов

Сообщение Тихоокеанского информационного агентства «Острова».

Законопроект о донорстве и трансплантологии органов проходит общественные слушания. Минздрав предложил создать два реестра. В одном – будут люди, готовые стать донорами, а второй – включит в себя пациентов, которым жизненно необходима трансплантация. Только в России донорские органы ждут десять тысяч человек.

Шестнадцатилетняя Аня, наверное, никогда не могла себе представить, что лучшим новогодним подарком для нее станет чужое сердце. Казалось бы, обычная простуда, перенесенная на ногах, привела к осложнениям – воспалению миокарда. Затем – острая недостаточность, реанимация. Стало ясно – сердце отказывает.

- Была отдышка, стало тяжело дышать, затем становилось хуже.

Врачи областной клинической больницы обратились за помощью в Научный центр трансплантологии имени Шумакова. Пациентке повезло – для нее нашлось донорское сердце. Пересадку провели экстренно, в ночь на Рождество. Аня еще в реанимации, но уже хорошо себя чувствует. Девушка учится на медсестру, и теперь абсолютно уверена в выборе профессии.

"Мне дали второй шанс: людям помогать, заботиться, ухаживать, капельницу ставить", — рассказала девушка.

Если бы не решался неотложный вопрос о жизни и смерти, Аня бы стала в длинную очередь ожидающих свое сердце. Кто-то живет на лекарствах дома и ждет заветного звонка из клиники, кто-то месяцами проводит в палате. У большинства людей с новым сердцем – похожие истории. Осложнения на фоне других болезней.

"Все было хорошо, в прошлом году играл и в футбол, и катался на лыжах, — рассказывает пациент Алексей Байков. — И тут неожиданно 22-го июля простыл, пошел к врачу – сказали, что воспаление легких. Лег в больницу, думал, недельку полежу. А мне все хуже и хуже. Обследовали – оказалось, больное сердце".

Органы погибшего человека становятся донорскими, если врачи констатируют полную смерть мозга, но сердце при этом еще бьется. Поэтому россияне, в отличие от зарубежных реципиентов – как правило, не знают, кто именно отдает им часть себя. И можно лишь догадываться – по субъективным ощущениям.

"Не могу ничего такого сказать, что во мне что-то другое появилось ,но такое ощущение, что женское сердце поставили, — улыбается пациент Александр Соколов. — Потому что слишком уж эмоциональный стал. Но врачи не говорят, какое сердце мне поставили, и не угадаешь. А так никаких особых ощущений нет".

Эксперты говорят – в России проводится в 10 раз меньше трансплантаций органов, чем необходимо. Операции, как правило, делаются бесплатно – по государственным квотам. И не хватает, прежде всего, самих органов для пересадки. Главная проблема – в отсутствии налаженной связи между службами экстренной медицинской помощи и клиниками трансплантологии. Закон о посмертном донорстве, по сути, эффективно работает только в Москве.

"Фактически умерший пациент всегда должен рассматриваться как возможный источник донорских органов. И если это соблюдается, то появляется возможность для трансплантологов спасти человека вот таким вот фантастическим способом", — говорит академик РАМН Сергей Готье.

Самая сложная ситуации – с пересадкой органов детям. Донорство до 18 лет в России запрещено, и медики ищут выход как могут. Печень пересаживают от родственников, почки – от взрослых доноров. А вот за новым сердцем и легкими приходится ехать только за границу.

"Если у взрослого мы такой диагноз можем поставить и можем взять бьющееся сердце у умершего пациента с диагнозом "смерть мозга", то у ребенка мы этого сделать не можем. У нас нет инструкции, как это делать. Она не сформулирована, не подписана и не действует. Много лет", — сетует Сергей Готье.

Проект нового закона о трансплантации доработан Минздравом в конце прошлого года. Он предполагает создание двух регистров – тех, кому нужны органы и тех, кто готов ими пожертвовать после смерти. Предусмотрена и возможность категорически отказаться от посмертного донорства. Операции по-прежнему остаются бесплатными. Донорство определено как добровольное и безвозмездное. Торговля органами – уголовное преступление. Сейчас законопроект находится в стадии общественного обсуждения. Тем временем, 10 000 человек в России ожидают своей очереди на пересадку.