Защитников Хорошавина освобождают из заключения

Сообщение Тихоокеанского информационного агентства «Острова».

Как стало известно “Ъ”, апелляционная инстанция Московского окружного военного суда (МОВС) снизила сроки наказания ряду осужденных по громкому делу о передаче дальневосточными бизнесменами в столицу взяток чиновникам за оказание общего покровительства и смещение с должности главы сахалинского УФСБ, который разрабатывал губернатора Александра Хорошавина. По решению суда первыми на свободу выйдут двое бывших сотрудников ФСБ, а на скорое освобождение могут надеяться почти все их подельники из числа предпринимателей.

По данным источников “Ъ”, рассмотрение жалоб адвокатов на приговор Московского гарнизонного военного суда (восемь фигурантов этого громкого дела получили от трех лет общего до восьми лет строгого режима, но троих из них освободили от наказания), вынесенный еще в ноябре прошлого года, было назначено на середину лета, но потом несколько раз переносилось по различным причинам, в том числе из-за занятости адвокатов.

Как установили следствие и суд, еще осенью 2013 года известный дальневосточный бизнесмен Николай Кран, структуры которого активно проверяли сотрудники УФСБ Сахалинской области, попытался решить свои проблемы через Москву, отправив туда $1,4 млн. Помочь ему вызвались бывший полковник ФСБ Константин Уваров и сын высокопоставленного сотрудника этой же спецслужбы Валерий Михеев. Их консультантом выступил отслуживший в органах госбезопасности около 40 лет Владимир Заречнев, возглавивший потом общественный фонд «Правопорядок-центр». За эти деньги некие чиновники якобы должны были обеспечить общее покровительство бизнесу Николая Крана, а заодно поспособствовать смещению с должности его главного врага — тогдашнего начальника УФСБ Сахалинской области генерала Игоря Стручкова.

Заговорщики попали в разработку УСБ ФСБ: Валерия Михеева и Владимира Заречнева задержали, а Константину Уварову удалось скрыться. Денег у них, правда, не нашли.

Чуть позже, как выяснили сотрудники УСБ, из Приморья в Москву самолетом на те же цели доставили еще $700 тыс. Сумку с деньгами под негласным контролем чекистов довезли до центра Москвы, где оставили в машине, откуда она исчезла. Между тем в конце 2014 года задержали Николая Крана, начальника его службы безопасности Юрия Некраша, предпринимателей Сергея Орлова, Владимира Гостева, а также водителя последнего Владимира Сулименко и столичного бизнесмена Сергея Морозова — родственника сенатора от Рязанской области Игоря Морозова. Всем им предъявили обвинение в посредничестве в даче взятки (ст. 291.1 УК РФ). А главными фигурантами стали полковник Заречнев, которому также вменили в вину покушение на особо крупное мошенничество (ст. 30 и ч. 4 ст. 159 УК РФ) и вымогательство у другого обвиняемого, Валерия Михеева, автомобиля (ст. 163 УК РФ), и действующий подполковник спецслужбы Сергей Л., его данные не разглашались. Николай Кран, а также Юрий Некраш и Валерий Михеев решили сотрудничать со следствием и помимо прочего подробно рассказали о коррупционном сотрудничестве с губернатором Сахалина Александром Хорошавиным, после чего последний был также задержан и, как сообщил “Ъ”, получил 13 лет заключения за взяточничество и штраф в размере 500 млн руб. Однако уголовное дело его сообщников по попытке дать взятку столичным чиновникам еще расследовалось. Сам Николай Кран, освобожденный из СИЗО за сотрудничество со следствием, до суда не дожил, скончавшись от болезни сердца.

МОВС изменил приговор суда нижестоящей инстанции. Так, Владимиру Заречневу наказание снизили с восьми до четырех лет и девяти месяцев, Владимиру Сулименко — с семи с половиной до шести лет, Сергею Морозову (он до приговора был на подписке о невыезде) — с трех лет общего режима до двух, а Сергею Л.— с назначенных четырех лет общего режима до двух лет и шести месяцев. Таким образом, по некоторым данным, Сергей Л. уже освобожден в зачет ранее отбытого под домашним арестом наказания, а Владимир Заречнев и Сергей Морозов могут рассчитывать на это в ближайшие дни. Остальные же фигуранты имеют право просить об условно-досрочном освобождении.